Воронеж, ул. Кирова, д. 22, 3 этаж
e-mail: apvo.ofis@yandex.ru

Блоги
16.08.2019

Проблема адвокатов «дублеров».

Проблема адвокатов «дублеров» - одна из наиболее важных для корпорации.

Поиск баланса между обязанностью палаты поручить по требованию следователя или суда осуществление защиты адвокату и недопустимостью превращения защиты в функцию фиксации правомерности процессуального действия – дело не простое, но абсолютно необходимое. Превратится защита в фикцию, или останется ЗАЩИТОЙ, зависит от адвоката.

Публикуемые материалы дисциплинарного производства – один из эпизодов сложной борьбы адвокатуры за то, чтобы защита всегда оставалась защитой.

Как всегда, приглашаем к обсуждению и дискуссии…

 

Совет АПВО

 

РЕШЕНИЕ

Совета адвокатской палаты Воронежской области

 г. Воронеж , 11 июля 2019 года.

 

Совет адвокатской палаты Воронежской области в составе:

председательствующего - президента АПВО Баулина О.В.

членов совета Анохиной С.В., Беленовой Ю.В., Бобковой О.В., Жеребятьева С.И., Недзельского Ф.Г., Ревинова В.Г., Сенцова И.А.

при ведении протокола секретарем Черниковой Л.С.

при участии в заседании:

от адвоката: К., осуществляющая профессиональную деятельность в филиале Воронежской областной коллегии адвокатов «Адвокатская консультация ***», не явилась, о времени и месте заседания извещена надлежащим образом, явку представителя не обеспечила;

от заявителя: М., не явился, о времени и месте заседания извещен надлежащим образом, явку представителя не обеспечил,

рассмотрев в закрытом заседании материалы дисциплинарного производства о нарушении адвокатом К. требований пп. 6 п. 4 ст. 6, пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, пп. 1 п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката,

установил:

19 апреля 2019 года в адвокатскую палату Воронежской области поступила жалоба М. на ненадлежащее, по его мнению, исполнение профессиональных обязанностей адвокатом К., осуществляющей профессиональную деятельность в филиале Воронежской областной коллегии адвокатов «Адвокатская консультация *****».

В обоснование доводов, изложенных в жалобе, М. указал на следующие обстоятельства.

В производстве ***** районного суда Воронежской области в рамках материала № ***** находилось ходатайство ОМВД РФ по ***** району Воронежской области об изменении М. меры пресечения и избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу на стадии исполнения приговора ***** районного суда Воронежской области от 2 апреля 2018 года.

Защиту интересов М. на стадиях предварительного следствия и судебного разбирательства осуществляли адвокаты А. и Д.

***** районный суд Воронежской области при назначении судебного слушания 1 марта 2019 года принял решение о назначении М. защитника в порядке ст. 51 УПК РФ из числа адвокатов филиала ВОКА «Адвокатская консультация *****». При этом адвокаты А. и Д., заявитель М. судом о времени судебного слушания извещены не были.

27 марта 2019 года в суде состоялось судебное слушание по рассмотрению ходатайства ОМВД РФ по ***** району Воронежской области, в ходе которого по назначению суда интересы заявителя представляла адвокат К. По мнению заявителя, адвокат К. нарушила положения ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Кодекса профессиональной этики адвоката.

В частности, адвокат не получила согласия доверителя на осуществление защиты, не согласовала позицию со своим подзащитным, вступила в дело при наличии адвокатов по соглашению, не ознакомилась с материалами дела, не возражала против рассмотрения ходатайства в отсутствие М., не обжаловала постановление суда в апелляционном порядке.

После объявления судом перерыва, с адвокатом М. по телефону связался адвокат Д., который сообщил ей, что осуществляет защиту интересов заявителя, что адвокаты по соглашению не извещены о времени судебного слушания. После этого адвокат К. подала в канцелярию ***** районного суда заявление о самоотводе. Не убедившись в рассмотрении указанного ходатайства о самоотводе, после перерыва К. в судебное слушание не явилась, при оглашении постановления суда по результатам рассмотрения ходатайства не присутствовала. В апелляционном порядке постановление суда об избрании в отношении М. меры пресечения в виде заключения под стражу сроком на 6 (шесть) месяцев не обжаловала.

По мнению заявителя, адвокат нарушила положения ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Кодекса профессиональной этики адвоката, в связи с чем просил возбудить в отношении К. дисциплинарное производство и привлечь адвоката к дисциплинарной ответственности.

К жалобе заявитель приложил копию апелляционного постановления суда апелляционной инстанции по уголовным делам ***** областного суда от 04.04.2019 года, копии материалов дела № *****.

06.05.2019 года в адвокатскую палату Воронежской области поступили письменные объяснения адвоката К., из содержания которых следует, что 27.03.2019 года адвокат действительно участвовала по поручению представителя совета адвокатской палаты Воронежской области в ****** районе Ф. в порядке ст. 51 УПК РФ в судебном заседании о рассмотрении ходатайства ОМВД РФ по ***** району об изменении меры пресечения осужденному М. В адвокатскую консультацию ***** района судья выслал извещение о назначении М. адвоката в порядке ст. 51 УПК РФ. Связаться с М. не представлялось возможным, поскольку не было информации о его местонахождении. Сведений о заключении М. соглашений с адвокатами на стадии исполнения приговора не имелось. Адвокаты А. и Д. участвовали по соглашению в ходе предварительного следствия, в судебных заседаниях в ***** суде и ***** областном суде. Приговор суда в отношении М. вступил в законную силу еще 15.06.2018 г.

В ходе судебного заседания адвокат возражала против изменения меры пресечения.  

После удаления суда в совещательную комнату на сотовый телефон К. позвонили адвокаты Л., Д., которые сообщили ей о наличии у них соответствующих соглашений на защиту М. После чего, адвокат в тот же день заявила самоотвод, подав письменное ходатайство через канцелярию ****** районного суда Воронежской области.

Адвокат К. указала, что, если бы она имела сведения, что у М. заключено соглашение с Д., она сразу же взяла бы самоотвод. По этой причине она не присутствовала на оглашении постановления суда и не обжаловала его, так как сам М. отказался от ее услуг.

К объяснению адвокат приложила копии следующих документов:

- ордера адвоката Д. от 16.03.2018 г.;

- ордера адвоката А. от 30.05.2018 г.;

- ходатайства адвоката К. о самоотводе;

- ордера адвоката Д. от 26.03.2019 г.;

- ордера адвоката Л. от 27.03.2019 г.;

- извещения ***** районного суда Воронежской области.

29 апреля 2019 года на основании доводов, изложенных в жалобе М., было возбуждено дисциплинарное производство в связи с содержанием в жалобе М. указания на нарушение адвокатом К. норм действующего законодательства и отсутствием доказательств, опровергающих доводы о совершении адвокатом дисциплинарного проступка.

Дисциплинарное производство направлено в квалификационную комиссию для дачи заключения.

На заседание квалификационной комиссии адвокат К., извещенная о месте и времени заседания, не явилась.

Изучив доводы, изложенные в представлении, квалификационная комиссия установила следующее.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

В силу пп. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокат обязан соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

Аналогичные положения закреплены в п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, согласно которому при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и КПЭА.

В пп. 1 п. 1 ст. 9 КПЭА установлено, что адвокат не вправе действовать вопреки законным интересам доверителя, оказывать ему юридическую помощь, руководствуясь соображениями собственной выгоды, безнравственными интересами или находясь под воздействием извне.

Согласно пп. 6 п. 4 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты.

В соответствии с п. 2 ст. 13 КПЭА адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на осуществление защиты по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты, кроме случаев, указанных в законе, и должен выполнять обязанности защитника, включая, при необходимости, подготовку и подачу апелляционной жалобы на приговор суда.

В силу п. 1 ст. 4 Стандарта осуществления защиты в уголовном судопроизводстве, принятого 8 Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2017 года (далее - Стандарт), в рамках первого свидания с подозреваемым, обвиняемым адвокату следует выяснить наличие обстоятельств, препятствующих принятию поручения на защиту или исключающих участие данного адвоката в производстве по уголовному делу.

Согласно ст. 5 Стандарта адвокат должен согласовать позицию защиты по делу.

В соответствии со ст. 9 Стандарта адвокат по просьбе подзащитного или по собственной инициативе при наличии к тому оснований обжалует его задержание, избрание меры пресечения, продление срока содержания под стражей или срока домашнего ареста, применение к подзащитному иных мер процессуального принуждения, другие решения и действия (бездействие), нарушающие права и законные интересы доверителя.

Из материалов дисциплинарного производства следует, что 27 марта 2019 года адвокат К. по назначению ****** районного суда в порядке ст. 51 УПК РФ приняла поручение на осуществление защиты заявителя. Указанное обстоятельство не опровергается адвокатом и подтверждается копией адвокатского ордера № ***** от 27 марта 2019 года.

В свою очередь, в деле отсутствуют заявление адвоката об ознакомлении с материалами дела, а также отметка работника суда о том, что адвокат до начала судебного разбирательства ознакомилась с материалами дела. Таким образом, адвокат перед началом судебного слушания не ознакомилась с делом.

В связи с проведением судебного слушания без участия заявителя, адвокат фактически не имела возможности согласовать позицию защиты с доверителем, в том числе в рамках первого свидания выяснить вопрос о наличии адвокатов по соглашению. Однако К. не заявила ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Вместо этого, адвокат приняла поручение на осуществление защиты при наличии адвокатов, осуществляющих защиту интересов М. по соглашению.

При этом квалификационная комиссия полагает необходимым отметить, что после подачи заявления о самоотводе, К. не убедилась в его рассмотрении, не явилась на оглашение постановления суда по вопросу изменения меры пресечения, не оспорила в апелляционном порядке соответствующий судебный акт.

При таких обстоятельствах адвокатом К. нарушены вышеназванные положения Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и КПЭА.

На основании изложенного, квалификационная комиссия пришла к выводу о наличии в действиях (бездействии) адвоката филиала Воронежской областной коллегии адвокатов «Адвокатская консультация ***** района» К. нарушений положений пп. 6 п. 4 ст. 6, пп. 1, 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, пп. 1 п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Заключение квалификационной комиссии было оглашено 31.05.2019 г. Письменные возражения на заключение не поступили.

Рассмотрев материалы дисциплинарного производства, Совет палаты считает, что при вынесении решения квалификационная комиссия надлежащим образом исследовала представленные сторонами по делу доказательства, установила объективные обстоятельства дела и дала им верную оценку.

Совет адвокатской палаты согласился с заключением квалификационной комиссии о том, что действия адвоката К., не ознакомившейся с материалами уголовного дела до начала судебного разбирательства, не согласовавшей позицию по делу с подзащитным и принявшей поручение на осуществлении защиты интересов М. при наличии адвокатов, осуществляющих его защиту по соглашению, указывают на нарушение ею требований пп. 6 п. 4 ст. 6, пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, пп. 1 п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката.

При принятии решения Совет адвокатской палаты Воронежской области учел факт заявления ходатайства адвокатом К. о самоотводе.

На основании изложенного, руководствуясь пп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, Совет адвокатской палаты Воронежской области

 решил:

1. Признать в действиях адвоката К. наличие дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении требований пп. 6 п. 4 ст. 6, пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8, пп. 1 п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката.

 

2. Привлечь адвоката К. к дисциплинарной ответственности, объявить замечание.

 

Президент

адвокатской палаты Воронежской области

О.В. Баулин