В Госдуме рассматривают возможность прямо закрепить в АПК, что полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются ордером. Комментарий вице-президента ФПА РФ, президента АП Воронежской области Олега Баулина.
«Адвокатская газета» информирует: в Госдуму внесен законопроект № 1289313-8, которым предлагается в ч. 3 ст. 61 АПК РФ прямо закрепить, что полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются ордером. Действующая редакция ч. 3 ст. 61 «Оформление и подтверждение полномочий представителя» АПК устанавливает, что полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются в соответствии с федеральным законом, но, вместе с тем, указанная норма носит отсылочный характер и не содержит прямое указание в самом АПК на документ, которым подтверждаются полномочия адвоката при участии в арбитражном процессе. На практике это приводит к правовой неопределенности. «Арбитражные суды нередко исходят из необходимости представления адвокатом доверенности и не допускают адвоката к участию в деле при наличии только ордера, несмотря на то что ордер подтверждает полномочия адвоката на ведение конкретного дела. Такой подход фактически нивелирует самостоятельное значение ордера как документа, удостоверяющего полномочия адвоката, создает избыточный документооборот, затрудняет оперативное вступление адвоката в арбитражный процесс и может необоснованно ограничивать возможность граждан и организаций своевременно получать квалифицированную юридическую помощь», – цитирует «АГ» текст пояснительной записки к законопроекту. Автор документа – депутат Иван Мусатов – также пояснил: согласно Закону об адвокатуре адвокат в случаях, предусмотренных федеральным законом, должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый адвокатским образованием, в котором адвокат осуществляет адвокатскую деятельность, или адвокатской палатой, членом которой является адвокат. При этом удостоверение адвоката подтверждает статус лица как адвоката, тогда как полномочия адвоката на ведение конкретного дела подтверждаются ордером. Законопроектом предлагается конкретизировать ч. 3 ст. 61 АПК и прямо закрепить, что полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются ордером на исполнение поручения, выданным адвокатским образованием, в котором адвокат осуществляет адвокатскую деятельность, или адвокатской палатой, членом которой является адвокат. Право адвоката на совершение процессуальных действий, указанных в ч. 2 ст. 62 «Полномочия представителя» АПК, должно быть специально оговорено в доверенности – также отметил автор законопроекта. Тем самым законопроект разграничивает полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде, которые подтверждаются ордером, и специальные распорядительные полномочия, требующие отдельного выражения воли доверителя в доверенности. Использование в законопроекте формулировки о специальном указании распорядительных полномочий именно в доверенности обусловлено необходимостью отделить ордер адвоката, подтверждающий его полномочия на ведение конкретного дела, от отдельного волеизъявления доверителя на совершение специальных распорядительных процессуальных действий. Ордер не должен подменять доверенность в части распоряжения материальными и процессуальными правами доверителя – также указано в пояснительной записке. Принятие федерального закона позволит обеспечить единообразие судебной практики, снизить риск отказов в допуске адвоката к участию в деле по формальным основаниям, сократить избыточный документооборот, повысить предсказуемость арбитражного процесса и укрепить гарантии доступности квалифицированной юридической помощи – считает автор инициативы. В комментариях «Адвокатской газете» один из экспертов «АГ» назвал предложенную законодательную поправку действительно необходимой для облегчения работы адвокатов в арбитражном процессе. Другой поделился, что в его практике возникали ситуации, когда арбитражный суд отказывался допускать его к участию в деле при наличии действующего ордера, требуя дополнительно представить доверенность. Ещё один эксперт считает, что поправки, вероятно, потребуются не только в АПК, но и в Закон о банкротстве.
Вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, президент Адвокатской палаты Воронежской области Олег Баулин в своем комментарии «Адвокатской газете» отметил: указанная в пояснительной записке правовая неопределенность на самом деле отсутствует, поскольку п. 2 ст. 6 Закона об адвокатуре ограничивает обязанность адвоката подтверждать полномочия ордером исключительно прямо указанными в законе случаями. Действующий АПК вслед за процессуальными кодексами 1992 и 1995 гг. возможность оформления полномочий адвоката ордером не предусматривает. Олег Баулин обратил внимание, что такая последовательность законодателя неслучайна. «Особый экономический характер отношений, из которых возникают споры, рассматриваемые арбитражными судами, определил повышенный стандарт требований к оформлению полномочий судебного представителя» - цитирует «АГ» вице-президента ФПА – «Традиционная точка зрения заключается в необходимости обеспечения строгого контроля со стороны арбитражного суда за оформлением полномочий представителей для исключения случаев злоупотребления правом в условиях предпринимательских и, в частности, корпоративных конфликтов, безосновательного допуска к процессуальному инструментарию, формирования различных правовых позиций со стороны разных представителей одного и того же хозяйствующего субъекта». Олег Баулин также акцентировал: являясь по своей природе квазидоверенностью, точнее письменным подтверждением полномочия, выдаваемым одним лицом другому лицу, ордер не предполагает ни участия доверителя в его оформлении, ни свидетельствования его подписи, ни вообще ее наличия в ордере. «Приведенные доводы на первый взгляд являются препятствием для использования ордерной системы в арбитражном процессе, однако такой вывод справедлив лишь при поверхностном анализе, игнорирующем специфику адвокатской деятельности как особого института гражданского общества и публично-правового характера деятельности и полномочий адвоката – судебного представителя», – полагает вице-президент ФПА, президент АП Воронежской области. Олег Баулин также уверен: необходимо понимать и учитывать, что ордер удостоверяет не коммерческую сделку по оказанию юридических услуг представителем «юридического бизнеса», а факт допуска адвоката как имеющего публичный статус независимого профессионального советника к защите интересов доверителя. Ведь именно адвокатура является структурой, реализующей конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи, и именно в отношении адвокатуры государство через уполномоченные органы юстиции реализует соответствующие природе конституционного права публичные контрольные полномочия. К числу таких системных полномочий относятся, в том числе, нормативные, в частности утвержденные Минюстом РФ, формы ордера и требований к его заполнению и оформлению. Публичный характер носит и порядок изготовления, выдачи и хранения ордеров. В этой связи Олег Баулин считает, что подтверждение ордером общих процессуальных полномочий судебного представителя будет полностью соответствовать критериям, определяющим деятельность арбитражного суда по проверке и подтверждению полномочий.