Позиция ФПА РФ учтена: КС РФ указал на допустимость прекращения дела по срокам давности при неустановленном фигуранте.
«Адвокатская газета» сообщает: 22 июля Конституционный Суд РФ провозгласил Постановление № 53-П/2026 по делу о проверке конституционности п. 3 ч. 1 ст. 24 «Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела» и ч. 3 ст. 214 «Отмена постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования» УПК РФ. Поводом для рассмотрения в КС стало дело 2014 г., когда у г-на П. мошенники похитили деньги, переведенные через банк. Было возбуждено дело, но виновного не нашли. В 2022 г. следователь прекратил дело в отношении неустановленного лица в связи с истечением сроков давности (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). По жалобе потерпевшего районный суд в 2024 г. признал постановление о прекращении уголовного дела незаконным: суд решил, что прекращать дело по давности можно лишь в отношении конкретного фигуранта и с его согласия. С этим согласилась апелляционная инстанция. Чтобы фактически отменить постановление, вынесенное более года назад, руководитель следственного органа в порядке ст. 214.1 УПК РФ запросил у суда отдельное разрешение. Однако тот же районный суд в январе 2025 г. ему отказал, разъяснив, что согласие подозреваемого при его неустановлении не требуется, а ч. 3 ст. 214 УПК РФ императивно запрещает возобновлять производство, если сроки давности истекли. Вышестоящие суды оставили в силе решение первой инстанции, отклонив довод о том, что ранее постановление следователя уже признано незаконным. П. обратился в КС, указав, что п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 3 ст. 214 УПК РФ не соответствуют Конституции РФ в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют прекращать уголовное дело за истечением сроков давности уголовного преследования без получения согласия на это лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, ввиду его неустановления, а также прямо запрещают возобновлять после истечения сроков давности производство по прекращенному делу, несмотря на признание судом постановления о таком прекращении незаконным. В ходе заседания Конституционного суда большая часть представителей органов власти признали наличие пробела и необходимость конституционного толкования оспариваемых норм. Суд подчеркнул, что освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности обусловлено как нецелесообразностью применения мер уголовной ответственности ввиду уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени со дня его совершения и ввиду возможности восстановить социальную справедливость без уголовной репрессии, так и реализацией в уголовном судопроизводстве принципа гуманизма. «В постановлении поясняется: если названные в ст. 78 УК РФ временные периоды истекли с учетом отсутствия их приостановления, лицо не может быть подвергнуто уголовной ответственности независимо от того, установлено ли оно в процессуальном смысле, то есть привлечено ли к участию в деле в качестве подозреваемого или обвиняемого. Иное означало бы, что срок давности вопреки прямому предписанию закона может длиться неограниченное время, что не согласуется с принципом правовой определенности и существом данного правового института, определяющего темпоральные пределы реализации уголовной ответственности. Если дело прекращается в отношении неустановленного лица, то такое решение не затрагивает его интересы и не нуждается в его согласии. В этом случае прекращение дела требует оценки достаточности гарантий для потерпевшего, обеспечивающих баланс конституционных ценностей» - сообщает «АГ». Также КС РФ пояснил, что прекращение уголовного дела по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не препятствует судебной защите прав потерпевшего посредством гражданского иска, по крайней мере в пределах срока исковой давности, который применительно к случаям, когда надлежащий ответчик не установлен, обычно составляет десять лет со дня совершения преступления. Более того, потерпевший вправе обратиться за защитой своих прав в порядке гражданского судопроизводства, предъявив требования не только к лицу, совершившему преступление или несущему по закону материальную ответственность за действия лица, совершившего преступление, но и к иным лицам. «Разрешая такие иски, суд не вправе игнорировать представляемые ему материалы уголовного дела, подтверждающие событие преступления, даже если причастное к преступлению лицо не приобрело формального статуса подозреваемого или обвиняемого, а равно иные факты и обстоятельства, имеющие значение для дела. Новое доказывание или опровержение сторонами обстоятельств, установленных в уголовном деле, не вступает в противоречие с ранее принятыми по нему процессуальными решениями, которые не предрешают исхода гражданского спора», – сообщает «АГ» о содержании постановления КС. Конституционный Суд подчеркнул, что, поскольку в рассматриваемом случае отсутствует действительное производство по уголовному делу (оно прекращено), а обнаруженному лицу не грозит применение мер уголовной ответственности, проверка его причастности к совершению преступления осуществляется не путем возобновления предварительного расследования, а посредством процессуального инструментария, характерного для стадии возбуждения уголовного дела, в порядке, аналогичном предусмотренному ст. 144 УПК РФ. Указанный инструментарий предназначен именно для таких ситуаций, когда производство по делу не ведется (приостановлено, прекращено или еще не возбуждено), однако юридически значимые факты могут устанавливаться применимыми на этом этапе процессуальными средствами. Если в ходе проверки подтверждается причастность лица к совершению деяния, содержащего признаки преступления, срок давности по которому истек и подлежит применению, ранее вынесенное постановление о прекращении уголовного дела в отношении неустановленного лица подлежит отмене с одновременным вынесением нового – персонифицированного постановления о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Как полагает КС РФ, вынесение такого решения, с одной стороны, способствует потерпевшему в защите его прав в порядке гражданского судопроизводства, а с другой – предоставляет самому лицу, о причастности которого к совершению преступления были сделаны выводы, право либо согласиться с применением соответствующего нереабилитирующего основания, либо возражать против этого, настаивая на судебной защите своей чести и доброго имени. В последнем случае ранее вынесенное постановление о прекращении уголовного дела подлежит отмене, а возобновленное предварительное расследование осуществляется по правилам, предусмотренным ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, с тем, однако, что установленные ею пресекательные сроки подлежат исчислению с момента отмены ранее вынесенного постановления о прекращении дела, а после передачи дела в суд применяется ч. 8 ст. 302 данного Кодекса. Конституционный Суд Российской Федерации в итоге признал, что п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 3 ст. 214 УПК РФ – в силу которых истечение сроков давности уголовного преследования является основанием для прекращения уголовного дела и обстоятельством, препятствующим возобновлению производства по этому прекращенному делу, в том числе в случае, когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, – не противоречат Конституции Российской Федерации. Согласно постановлению, данные положения предполагают, что:
- потерпевшему обеспечиваются право на эффективное расследование, которое должно быть проведено до истечения сроков давности уголовного преследования, право на возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства, включая доступ к материалам прекращенного уголовного дела для обоснования исковых требований, и право на компенсацию за нарушение разумного срока судопроизводства;
- производство по прекращенному уголовному делу может быть возобновлено в том числе по жалобе потерпевшего в связи с обстоятельствами, свидетельствующими о том, что срок давности не истек либо не подлежал применению;
- при установлении лица, причастного к совершению преступления, по результатам проверки посредством применения процессуального инструментария в порядке, аналогичном предусмотренному ст. 144 УПК РФ, ранее вынесенное постановление о прекращении уголовного дела может быть отменено с одновременным вынесением нового – персонифицированного – уголовно-процессуального решения, что, в частности, способствует реализации права потерпевшего на возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства и требует предоставления лицу, в отношении которого имеется подозрение в совершении преступления, права на защиту чести и доброго имени посредством возражения против прекращения уголовного преследования по данному основанию.
При этом Суд указал, что федеральный законодатель не лишен возможности внести изменения в действующее правовое регулирование, направленные как на уточнение порядка прекращения уголовных дел ввиду истечения сроков давности, так и на обеспечение дополнительных гарантий прав потерпевших от преступлений, по которым сроки давности истекли, а совершившие их лица не установлены.
В ФПА РФ обратили внимание, что практика, свидетельствующая о том, что уголовные дела прекращаются в связи с истечением сроков давности в отношении неустановленного лица, допускает различное толкование спорных норм и тем самым порождает неопределенность и нарушает права потерпевших. КС РФ принял очень важное, взвешенное и обоснованное постановление, затрагивающее интересы потерпевших и лиц, совершивших преступное деяние. По сути – полагают в ФПА – Конституционный суд придал оспариваемым заявителем нормам новое истолкование, которое обеспечивает необходимый баланс интересов в уголовном судопроизводстве. ФПА РФ направляла свое заключение по доводам жалобы и представляла позицию в заседании КС РФ, которая была полностью разделена в данном постановлении Конституционного суда РФ.
Фото с официального сайта КС РФ