10 сентября 2026 года в Воронеже прошла конференция по проблемам семейного права «Развод и все сопутствующее 3.0».
Конференция организована адвокатом Воронежской областной коллегии адвокатов, управляющим партнером АК «Величкова и партнеры», медиатором, тренером-медиатором, кандидатом юридических наук, доцентом кафедры гражданского права и процесса Воронежского государственного университета, лектором Санкт-Петербургского Института Адвокатуры Оксаной Величковой.
Мероприятие объединило адвокатов, нотариусов, практикующих юристов из различных регионов России, специализирующихся в области семейного права, и прошло при медиаподдержке Адвокатской палаты Воронежской области.
Открыл конференцию вице-президент ФПА РФ, президент Адвокатской палаты Воронежской области Олег Баулин. Он подчеркнул значимость мероприятия для адвокатского сообщества, поскольку оно помогает получить действительно эффективные для профессиональной практики знания, ценность которых велика, а необходимость не всегда бывает очевидной на первый взгляд. Олег Баулин отметил, что семейное право в настоящее время, с одной стороны, развивается стабильно, а с другой стороны, оно постоянно сталкивается с новыми вызовами, необходимость преодолевать которые возникает в ходе судебной практики. Многое еще предстоит сделать в части преодоления формального подхода к защите интересов ребенка, формирования эффективных механизмов раздела имущества супругов, соблюдения баланса между интересами ребенка, родителей и других родственников.
Выступивший с докладом об особенностях заключения брака с иностранными гражданами заместитель руководителя управления ЗАГС Воронежской области Александр Пронин обратил внимание на ряд изменений в работе органов ЗАГС, в числе которых введение с февраля 2025 года дополнительного требования проверок через реестр контролируемых лиц, итогом чего стало сокращение количества браков с иностранными гражданами, а также невозможность полностью исключить ошибки (даже при проведении проверок через все реестры) в связи с различиями в написании букв фамилий в паспортах. Одной из проблем регистрации браков с иностранными гражданами (равно как и расторжения таких браков) является выяснение степени владения ими русским языком. Единой практики по России в данных случаях еще не сложилось. Органы ЗАГС могут попросить собственноручно написать, что ознакомлен с процедурой и понимает ее последствия. Если не вполне очевидно, что иностранный гражданин понимает русский язык, чаще всего органы ЗАГС требуют его явки вместе с переводчиком, иначе впоследствии можно поставить вопрос о неознакомлении гражданина с процедурой заключения (расторжения) брака.
Президент нотариальной палаты Воронежской области Анна Чугунова ответила на вопросы адвокатского сообщества об отдельных проблемах нотариальной практики удостоверения различных по содержанию соглашений об уплате алиментов и брачных договоров. Основной сложностью является отсутствие единой нотариальной практики, поэтому при отказе одного нотариуса удостоверить соглашение, можно сделать это у другого. При желании удостоверить соглашение об уплате алиментов по первому браку и нахождении в зарегистрированном втором браке основными критериями для нотариуса будут объективность и разумность суммы (нахождение в пределах ¼ суммы дохода). При наличии сомнений нотариус попросит согласие второй супруги на заключение такого соглашения.
Перед заключением соглашения об уплате алиментов нотариус не выясняет доход плательщика и не обязан это делать – он основывается на заверениях сторон. Равным образом нотариус не выясняет наличие другого действующего соглашения об уплате алиментов (сам факт наличия такого соглашения также не является основанием для отказа в удостоверении второго соглашения).
Нотариус г. Перми Мария Боронина рассказала о доказательственной базе в семейных спорах. В настоящее время нотариусы активно фиксируют все цифровые следы, в том числе соцсети и мессенджеры, осматривают письменные и вещественные доказательства. Суд принимает зафиксированные факты как установленные. Опровергнуть факт вынужден оппонент, а не заявитель. Нотариус не извещает другую сторону, если заявитель обосновал срочность осмотра – риск утраты электронных доказательств. При допросе свидетелей стороны обязательно извещаются. Обоснование срочности осмотра электронных доказательств необходимо, в первую очередь, не для нотариуса, а для суда – чтобы в дальнейшем суд принял такое доказательство.
Обеспечить доказательства при помощи нотариуса можно и дистанционно. В отдельных случаях это можно использовать для ускорения процедуры обеспечения электронных доказательств, пока другая сторона их не удалила (например, в ночное для заявителя время обратиться дистанционно к нотариусу во Владивостоке, где время рабочее). С помощью нотариуса можно зафиксировать геометки постов, осмотреть кэш-уведомления или криптокошельки. При этом чужую почту нотариус осматривать не вправе, а потому необходимо доказать принадлежность почты заявителю через привязку к телефону.
Нотариус г. Москвы Василий Ралько перечислил эффективные инструменты наследственного планирования для бизнеса. Он подчеркнул, что наследственное планирование как таковое в нотариальной практике становится более интенсивным, начиная с 2020 года. В 2022 году в Гражданском кодексе РФ появился инструмент личного фонда, который теперь активно используется.
При помощи наследственного планирования можно: эффективно реализовать волю наследодателя; создать систему управления активами при выбытии основателя (разделить наследование и управление); обеспечить оперативный и беспрепятственный переход прав на активы при выбытии основателя; обеспечить баланс интересов между наследниками и партнерами, тем самым минимизировав риск конфликтов.
В числе инструментов наследственного планирования – соглашения о предоставлении опционов между партнерами, наследственный и личный фонды, наследственный договор, завещание, брачный договор, изменения в устав общества, корпоративный договор. Каждый из этих инструментов является более подходящим для решения определенных задач: например, для реализации воли наследодателя больше всего подходит завещание и наследственный договор, а для создания системы управления активами – завещание с легатом и возложением, наследственный фонд и наследственные опционы. Характерно, что увидеть работу наследственного фонда его создатель не сможет, именно поэтому необходимо тщательно продумывать и подробно прописывать все его положения. Личный фонд как инструмент наследственного планирования позволяет вывести переход имущества из-под действия ограничений наследственного права, дает возможность разделить управление бизнесом и материальное обеспечение наследников. В таком случае происходит плавный переход имущества, и смерть учредителя не становится в дальнейшем стресс-фактором, способным парализовать работу бизнеса.
Отдельной темой разговора на конференции стали споры о детях.
Партнер ЮК «Митра» Алина Локтионова подробно рассмотрела правовые проблемы ЭКО, главной особенностью споров по которому являются отсутствие единого законодательного регулирования и единой судебной практики. При реализации процедуры и последующем рассмотрении споров практически всегда нет понимания последовательности ее этапов ни у суда, ни у самих пар. Вся суть ЭКО отражена в документах, которые нужно тщательно изучать (договор, информированные согласия, согласия на криоконсервацию). Одной из частых проблем является раздел эмбриона в случае разрыва отношений. Мужчина отзывает согласие, клиника отказывает женщине в процедуре. Женщина обращается в суд, который привлекает мужчину в процесс как третье лицо. При этом в завещании нельзя определить судьбу эмбриона – можно завещать только мужской биоматериал, поскольку действует запрет на суррогатное материнство для одиноких мужчин.
В настоящее время отношения по завещанию биоматериала встречаются в связи с участием в СВО. Но если погибший участник СВО завещал биоматериал, а согласие на подсадку не подписал (а такие случае нередки), то использовать этот биоматериал будет практически невозможно. Выданные доверенности также со смертью прекращают свое действие. И если пара не состояла в браке, доказать что-либо будет крайне сложно. Равно как не смогут использовать данный биоматериал и родители (даже при решении суда в их пользу).
Возникают споры в связи с отношениями суррогатного материнства и получением материнского капитала. Так, если женщина была суррогатной матерью, а потом родила своих детей и подала на маткапитал, ее заставят доказывать, что дети от суррогатного материнства не являются ее детьми и она не оставляла их в роддоме (поскольку по 256-ФЗ суррогатные матери приравниваются к матерям, оставившим детей в роддоме). А доказывать это на практике крайне сложно: клиники не делятся информацией по суррогатному материнству, часто отвечают отказом или говорят, что у них не сохранены документы.
Председатель МКА «Швырева и партнеры» Надежда Швырева подняла проблему формального подхода к интересам ребенка. Она отметила, что в крупных города «детские» дела рассматриваются довольно долго – полтора-два года. За это время ребенок успевает отвыкнуть от мамы. Часто для воздействия на ребенка используют специальные психологические техники внушения, что мама не нужна. Суды на склонны тщательно разбираться в таких делах. Сейчас в судебной практике крупных городов интересы ребенка часто подменяются бытовым благополучием. А потому совсем необязательно, что ребенка оставят с матерью.
Эмоциональное насилие над ребенком становится юридически невидимым для суда. Принудительная изоляция ребенка создает преимущество для такого родителя в суде. Ребенка забирают без согласия второго родителя, скрывают место нахождения, общение ограничивают или полностью прекращают, судебный процесс затягивается, а затем удерживающий родитель ссылается на длительность проживания и сложившийся уклад. Складывается отрицательная практика, когда фактически действовавший неправомерно родитель в итоге выигрывает спор о ребенке. С этой практикой необходимо бороться. Высказанное ребенком мнение не равно его интересам. Право ребенка быть услышанным нельзя превращать в обязанность самостоятельно решать судебный спор. Необходимо установить, как сформировалась позиция ребенка, является ли она самостоятельной, не находится ли он в состоянии страха или в конфликте лояльности, не воспроизводит ли позицию другого родителя, понимает ли последствия своего выбора.
Управляющий партнер АБ «Титов и партнеры» Илья Титов рассказал об особенностях применения Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей (1980). Перемещение ребенка в другое государство может быть незаконным и законным (с согласия другого родителя). Но его удержание незаконно всегда. Положения Конвенции в основном посвящены возвращению ребенка в страну проживания и только одна статья говорит об обеспечении права доступа (ст. 21). Но реализовать такие права доступа на практике очень сложно. Суды часто охотно удовлетворяют требования в онлайн-общении, поскольку исполнять и контролировать это невозможно. Встречи в стране проживания в части реализации прав доступа вызывают вопросы по взаимодействию с приставами. Временный выезд ребенка за границу суды удовлетворяют крайне редко.
Особенности действия Конвенции состоят в том, что государства должны признать присоединившиеся после подписания к Конвенции другие государства – только тогда Конвенция для них начнет действовать. Канада, например, не признала присоединение России к Конвенции, а потому Конвенция между Россией и Канадой не действует.
Современная статистика свидетельствует о том, что иски о возвращении детей из России в другие государства удовлетворяют все реже. Но это не означает бесполезность правового сопровождения таких дел. У людей могут быть разные цели. Иногда есть цель фиксации незаконного перемещения ребенка для сохранения авторитета собственной добропорядочности в корпоративной среде или другие интересы заявителя.
Евгения Киршенина и Анастасия Матинова (МКА «Плесовских и партнеры») рассказали о трансформации подходов к алиментному содержанию детей. В настоящее время возможно установление твердой денежной суммы вместо долей по причине несоразмерности размера алиментов тратам на содержание детей и установление спецсчета для перечисления алиментов, поскольку это отвечает интересам несовершеннолетних детей, которые воспользуются накоплениями в будущем.
Взыскание неустойки по алиментам сейчас демонстрирует проявление повышенной лояльности суда к алиментообязанным, низкий стандарт доказывания несоразмерности штрафной санкции по отношению к причиненному ущербу. Еще один тренд – взыскание неустойки по алиментным соглашениям не по семейному, а по гражданском законодательству. На практике при возникновении судебного спора происходит снижение размера выплат по иску плательщика. Вопрос юриста – доказать, насколько это обоснованно.
Алиментное соглашение является устойчивым, если мы устанавливаем его на основе реальных доходов и в твердой денежной сумме. В основном судебная практика об оспаривании таких соглашений в большей степени отрицательная.
Отдельным секционным блоком конференции стала тематика эволюции имущественных споров.
Анна Казимир (руководитель практики частных клиентов ЕКМ Legal) изложила проблемы постразводного раздела имущества на примере нескольких кейсов, обратив внимание на ошибочное применение судами положений ГК РФ.
Татьяна Кузьминова (управляющий партнер ЮК «КузьминоваVправе») проанализировала применение пункта 4 статьи 38 СК РФ, позволяющей разделить имущество на дату фактического прекращения брачно-семейных отношений, как бизнес-схему. Наиболее распространены ситуации нарушения прав мужчин при совокупности таких обстоятельств, как их должность в качестве высокооплачиваемых топ-менеджеров, стремительная регистрация брака без брачного договора и полное доверие к супруге. На практике возможны ситуации, когда суд устанавливает в качестве даты фактического прекращения брачных отношений истца и ответчика дату вынесения решения суда о расторжении брака либо дату вступления этого решения в законную силу (Апелляционные определения Московского городского суда от 10.09.2019 г. по делу № 33-40224/2019 и от 08.08.2019 г. по делу № 33-35216/2019). Один из наиболее серьезных правовых рисков в таких ситуациях – убежденность супруга в том, что в брачных отношениях длительностью менее 1 года «делить нечего», и в возможности установления даты фактического прекращения брачных отношений.
Светлана Иванова (руководитель практики семейного права IPN Partners) рассказала о правовых рисках, связанных с криптоактивами, в семейных спорах. Основным вопросом на данный момент является установление принадлежности криптовалюты, материальных источников ее приобретения, а также обеспечения доступа к ней. Одними из правовых проблем является отсутствие централизованного учета, анонимность, оценка стоимости и получение ключей доступа. Возможными вариантами решения являются наличие нескольких ключей у разных участников, хранение логинов и паролей в банковской ячейке и распоряжения внутри бирж (для наследников).
Елена Гринь (профессор МГЮА им. О. Е. Кутафина, доктор юридических наук) проанализировала аккаунты в соцсетях и РИД в имущественных отношениях супругов, обратив внимание на рост данного рода споров и актуальные тренды судебной практики.
Сергей Рвачев (управляющий партнер «Детметриос Консалт») обратил внимание юристов на эффективные инструменты повышения клиентского спроса на собственные юридические услуги. В настоящее время юристы должны стремиться формировать уникальное торговое предложение, делающее для клиента очевидной необходимость заключения договора именно с ним. При этом уникальность продукта может быстро утрачиваться и важно следить за трендами и быстро подстраиваться под меняющиеся клиентские запросы. Для этого следует проводить опросы клиентов, выявляющие их потребности. Вероятность отказа от прохождения таких опросов высока, но даже от части респондентов можно получить ценные сведения, позволяющие перестраивать работу юриста.
Евгений Комков (руководитель АНО «Центр сертификации и экспертизы») на примере экспертиз по делам о разделе имущества супругов пояснил, как наладить взаимовыгодное сотрудничество адвоката и эксперта. По делам о разделе имущества, расчету и определению неотделимых улучшений, реальному разделу объектов, земельных участков результат напрямую зависит от экспертизы. В связи с этим необходимо правильно ставить вопросы эксперту, избегая шаблонов, учитывая собственные интересы, и не оставлять это на усмотрение суда. При этом необходимо присутствовать на натурных исследованиях, чтобы на месте дать необходимые пояснения и ответить на вопросы эксперта. Но не следует при проведении этой процедуры мешать эксперту и высказывать сомнения в его квалификации. Следует учитывать, что юристы и эксперты по-разному воспринимают содержание экспертизы. То, что на первый взгляд может показаться «слабым» в заключении, вполне может стать «сильным» аргументом в суде.
Олег Гринь (директор Центра мониторинга законодательства и правоприменения, доцент МГЮА им. О. Е. Кутафина, кандидат юридических наук) проанализировал квалификацию и особенности применения заверений об обстоятельствах в семейно-правовых соглашениях. По своей юридической природе заверения - это утверждения, побуждающие контрагента заключить договор (относятся к фактам, имевшим место в прошлом или в настоящем, могут быть зафиксированы в договоре или сообщены устно), гарантии – это утверждения, истинность которых гарантирует сторона договора (относятся к фактам, имеющим место в настоящем или в будущем, являются положениями договора). Заверения об обстоятельствах могут быть связаны или не связаны с предметом договора. Применение механизма заверений об обстоятельствах позволяет одной из сторон сделки взять на себя особую ответственность за предоставление информации другой стороне и тем самым, в том числе, распределить риски наступления нежелательных имущественных последствий между сторонами (Определение СКЭС ВС РФ от 21 марта 2023 г. № 305-ЭС22-17862 по делу № А40-167835/2021).
Екатерина Феофанова (партнер АК «Величкова и партнеры») рассказала о преимуществах использования ИИ в семейных спорах.
В завершение конференции ее основатель Оксана Величкова (CEO Школы семейного права «Мастерская Величковой») представила аудитории аналитику эволюции юридических продаж и дала рекомендации о механизмах адаптации стандартных стадий под специфику семейных споров. В данных категориях дел очень важно установление доверия клиента на первой консультативной встрече, а также достаточно четкое выяснение интересов и потребностей клиента в конкретной ситуации. Также важно демонстрировать ценность своей работы как квалифицированного юриста на каждой из стадий семейного спора, чтобы сформировать у клиента понимание, что он платит адвокату не за механическую работу с документами, а за безопасность, справедливость и предсказуемое будущее. При этом следует правильно формировать коммерческое предложение, объяснять клиенту объем работ и формировать комплексную правовую стратегию действий, которая и является объектом продажи в конкретном случае.
Конференция «Развод и все сопутствующее 3.0», организованная Оксаной Величковой, была насыщенной по разнообразию спикеров и содержанию докладов и предоставила адвокатскому сообществу возможность погрузиться в детали доказательственной базы в семейных спорах как с позиций адвокатуры, так и нотариата, рассмотреть специфику споров о детях, выяснить особенности раздела имущества и узнать об эффективных механизмах формирования личного бренда.