Воронеж, ул. Кирова, д. 22, 3 этаж
e-mail: apvo.ofis@yandex.ru

Блоги
15.11.2019

Особенности привлечения к гражданско-правовой ответственности органа юридического лица/

В Гражданском кодексе РФ с 2014 года закреплена обязанность лиц (это касается как единоличных органов, так и членов коллегиальных органов), которые в силу закона или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени, действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

С указанным правилом трудно спорить, всем очевидно, что только такая модель поведения органа юридического лица (назовем его для удобства «директором») может в полной мере отражать идею юридического лиц.

Несмотря на то, что связанная с неисполнением директором приведенной выше обязанности гражданско-правовая ответственность предполагалась и до 2014 года, в частности Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ 30 июля 2013 года было принято постановление «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», широкое распространение в судебной практике она получила только после появления в ГК РФ новой статьи 53.1.

В доктрине не утихают споры о возможности привлечения органа юридического лица к гражданско-правовой ответственности.

Одним из распространенных подходов к пониманию конструкции юридического лица является представление о том, что орган - это часть юридического лица, а целое не может обращаться с возместительным иском к своей части.   Воздействовать на орган можно только через институты их формирования (избрания и назначения), а также через институты текущего контроля за их деятельностью (через одобрение их действий, например).

В противовес данному подходу существует взгляд, согласно которому орган формируется из физических лиц, а те обладают своими интересами и волей. В связи с этим, физические лица в качестве органов юридического лица могут ошибочно или целенаправленно подменять интересы корпорации своими, нанося вред организации. Следовательно, для органа необходимо применять нормы о представительстве.

В российском законодательстве нашли отражение оба эти подхода одновременно (ст. 53, 53.1 ГК РФ, в ст.71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. "Об акционерных обществах" и в ст. 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Однако возможность привлекать директора к ответственности по иску юридического лица, которое он представляет, есть продолжение идеи представительства.

Какие основные сложности возникают в суде при рассмотрении требования юридического лица к своему органу о возмещении причиненных им убытков?

Во-первых, необходимо установить противоправность действий директора. Она, надо полагать, проистекает как раз из нарушения обязанности изложенной в самом начале – действовать разумно и добросовестно в интересах организации.

Ответственность директора перед корпорацией базируется на неисполнении им двух обязанностей, принятых называть фидуциарными:

1) обязанности действовать разумно (в английском правопорядке это соответствует термину duty of care);

2) обязанности действовать добросовестно, что применительно к корпоративному праву имеет узкое содержание, и понимается как обязанность проявлять лояльность и не допускать конфликт интересов (duty of loyalty).

Практические сложности связаны с детализацией и определенностью (предсказуемостью) стандарта поведения директора, а также разными последствиями, порождаемыми при нарушении первой и второй обязанности, для целей доказывания вины директора.

Ожидаемый уровень разумности в действиях директора — это выше, чем для обычного гражданина, не разбирающегося в коммерции, но ниже, чем уровню знаний и компетенций у профессионала, досконально разбирающегося в конкретном бизнеса, глубоко знающего специфику соответствующей сферы хозяйственной деятельности.

Суды при обсуждении вопроса, действовало ли лицо разумно, вынуждены балансировать между тем, чтобы, с одной стороны, не скатиться в переоценку коммерческой составляющей сделок (их целесообразности, рисков), а с другой - обеспечить защиту интересов корпораций и их участников. Из-за этого они вынуждены идти по пути постоянного уточнения понятия "разумное поведение директора", что можно наблюдать от дела к делу, от инстанции к инстанции.

Нужно подчеркнуть, что нарушение исключительно разумности при совершении сделок от имени юридического лица, как правило, не влечет удовлетворение возмещающего иска, так как остро стоит вопрос доказывания вины директора, а вот если одновременно будет установлены и признаки недобросовестности, то вина считается автоматически доказанной.

Если же нарушается обязанность действовать добросовестно, то это означает, что директор свои интересы принял за интересы корпорации. В этой ситуации Истцу достаточно доказать лишь факт нарушения такой обязанности, то есть допущенного директором конфликта интересов, все прочие элементы состава ответственности в таком случае начинают вытекать из факта недобросовестности. Директору, напротив, как только есть подтвержденный факт конфликта интересов, становится очень сложно защититься от иска об убытках.

Во-вторых, суд должен установить сумму имущественного ущерба, убытков для корпорации.  В свете последних изменений в ст. … ГК РФ, которые ранее де факто применялись именно в корпоративных спорах, убытки могут доказывать истцом не «до копейки», как требовалось ранее, а с достаточной степенью вероятности и типичности для данного нарушения.

В-третьих, необходимо выяснить и доказать, имеется ли причинно-следственная связь между нарушениями, выраженными в действиях (бездействиях) директора, и наступившими невыгодными для корпорации имущественными последствиями.

 При отсутствии любого из трех этих элементов в иске должно быть отказано.

В данном виде корпоративных споров крайне важны не только вопросы материального права, но и вопросы исчисления сроков исковой давности, и процессуальные моменты, например, специфика косвенных исков (если к директору требование о возмещении убытков юридическому лицу обращается участник организации), особенности средств доказывания.

 

О.А. Поротикова,

к.ю.н., доцент кафедры гражданского права и процесса ВГУ.