Воронеж, ул. Кирова, д. 22, 3 этаж
e-mail: apvo.ofis@yandex.ru

Блоги
07.02.2019

Территория нездравого смысла.

Как всегда тема рождается долго, но, как оказывается, на самом деле,  в свое время и  своим чередом.

Казалось бы, событие, которое послужило поводом и побудительным мотивом к рассуждениям  произошло давно, а высказаться подоспело сейчас.

Поскольку это авторская публикация, то, очевидно, речь идет о моем частном мнении человека, вовлеченного в процесс. Это не академический, а прикладной взгляд.

Речь пойдет о здравом смысле в юриспруденции, в правоприменении и почему, иногда, а иногда и зачастую, его нет. Насколько зачастую, читатель знает сам, а вот почему, это вопрос.

Следует ли нам, адвокатам, учитывать такую  категорию как «здравый смысл», уместно ли при построении защиты и в судоговорении ссылаться на эту дефиницию и есть шанс, что нас услышат? Одинаково ли мы понимаем этот термин с остальными участниками?

Уголовный кодекс, уголовно-процессуальный кодекс не содержат отсылок к здравому смыслу, имеются упоминания о праве, законе, совести.

Правовая теория исследует понятия  собственно права, логики, морали, нравственности, обычая, традиции в их развитии, сочетании, взаимном влиянии.

В прежние времена существовал такой обязательный для отправления правосудия термин, как правосознание, (с идеологическими дополнениями «пролетарское», «социалистическое»).

История вопроса давняя и все началось с Аристотеля, он под здравым смыслом понимал фактическую общность устройства человеческого восприятия – это с одной стороны, а с другой – самоочевидные простейшие моральные принципы добра и зла, то есть к чему стремиться, а чего сторониться.

Был Рене Декарт, который под здравым смыслом понимал способность правильно рассуждать и отличать истину от лжи.

В теперешнее время, термин «здравый смысл» обозначают систему общепринятых представлений о реальности, накопленную многими поколениями в рамках данной культуры. Под здравым смыслом также понимают способность принимать правильные решения и делать правильные предположения, основываясь на логическом мышлении и накопленном опыте, в том числе и профессиональном.

В приведенной ниже истории, у должностных лиц, причастных к уголовному судопроизводству на всех его стадиях,  не оказалось представлений о реальности и  способности принимать правильные решения и делать правильные предположения, основываясь на логическом мышлении и накопленном опыте, в том числе и профессиональном.

В одном из районов Воронежской области было возбуждено уголовное дело в отношении двух граждан, мужа и жены в возрасте 58 и 55 лет соответственно. Как следует из постановления о возбуждении уголовного дела, они совершили покушение на кражу металлического лома весом 225 кг., на сумму 1250 рублей. Причем, это цельное металлическое изделие, а перевозить они его должны на садовой тележке.

Адвокат вступил в дело на стадии ознакомления с делом.

Из материалов дела следовало, что один гражданин выкупил промышленные металлические конструкции, расположенные на краю населенного пункта, как металлический лом. Своими силами  производил их демонтаж и реализовывал металлолом. Обнаружив, что металлолом расхищается, устроил засаду. И вот в зимней ночной тьме разглядел движущиеся мимо металлолома силуэты. Включил свет фар автомобиля и поехал навстречу. Увидел двух жителей близлежащего дома с садовой тележкой, в которой ничего не было. Заподозрив их в попытке хищения, заявил в полицию.

Приехавшей следственно-оперативной группе заявил, что эти двое пытались погрузить на садовую тележку и похитить деталь весом 225 килограммов.

Задержанные супруги здраво объясняли, что они проживают рядом, допоздна смотрели телевизор, а затем вышли из дома прогуляться и заодно вывезти на мусорку срезанные еще осенью ветки роз. Указали место, куда их выбросили. По поводу подозрения пояснили, что они физически, в силу возраста не смогли бы погрузить такую тяжелую деталь, а их тележка ее просто не выдержала бы и развалилась. Мужчина, кроме того пояснил, что у него не до конца сросшийся перелом лопатки, одна рука не работает, что в последствии подтвердил медицинскими документами.

Такими доводами они подозрения не рассеяли, поскольку кто же так поздно вывозит срезанные осенью ветки роз, что не было другого времени?

Так как у работников полиции не осталось сомнений в том, что они имеют дело с закоренелыми ворами и с  преступлением, совершенным группой лиц, они стали осматривать место происшествия и выполнять иные проверочные действия ( во всяком случае составили документы об этом).

В частности, при осмотре места происшествия, зимой, в 02-00 часа, добыли и доставили на место 500 килограммовые весы, установили их, отыскали понятых, с понятыми взвесили деталь, наклеили бирку, погрузили в автомобиль и доставили для хранения в гараж ОВД.

Поскольку автор имеет собственный опыт в производстве подобных действий, в подобных условиях и хорошо осведомлен о сложившихся в этой части традициях, было ясно, что деталь никто в день осмотра не изымал, не взвешивал и никуда не возил ( как минимум потому, что она тяжелая, холодная и грязная), а домой побыстрее хочется.

Кроме того, подзащитные поведали, что они уехали с места происшествия в ОВД вместе с СОГ быстро, поскольку по рации поступило сообщение о новом преступлении, и дознаватель поехал дальше, а их высадил в ОВД. Предмет хищения при этом остался на месте осмотра.

Поскольку, с учетом, заявленного при ознакомлении с делом ходатайства, обвинительное заключение утверждено не было, появилось время и поле для маневра.

В первую очередь, путем адвокатского расследования, был прослежен фактический путь предмета хищения, и выяснена судьба вещдока.  Подтвердились подозрения, что в этой части протокол осмотра места происшествия сфальсифицирован.

После этого задача защиты казалась простой, надо просто донести до должностных лиц, производящих расследование и надзор за ним, общепринятые представления о реальности, т.е. соображения здравого смысла.

Однако, общепринятые представления о реальности, т.е. доводы о том, что два человека, мужчина в возрасте 58 лет с переломом лопатки и женщина 55  лет, при желании не смогут погрузить деталь весом 225 кг. в садовую тележку и не смогут увезти ее, поскольку тележка развалится под таким весом, не убедили следователя.

Тогда были предприняты аналогичные походы к заместителю прокурора района и к прокурору района. Здесь заверения в том, что все будет по закону, мы здесь для этого и находимся, но довод о здравом смысле, это не правовой довод.

В течение года ( без двух дней) дело рассматривалось районным судом. Допрошена уйма свидетелей, которые изолгались при даче показаний ( противоречия объясняли слабой памятью и давностью событий, что устроило всех кроме защиты ), оглашены все показания,  истребованы сведения о поверке и регистрации весов, на которых якобы проводилось взвешивание при ОМП ( весы в реестре не числятся и поверку не проходили), допрошены эксперты производившие оценку, по изложенным выше обстоятельствам, было заявлено ходатайство о признании доказательства недопустимым протокола ОМП, в чем было отказано.

Дело неумолимо двигалось к обвинительному приговору.

В последний день судебного следствия, защита заявила ходатайство об осмотре вещдока. Суд вынужден был согласиться и всем составом прибыли во двор ОВД. Вещдок валялся во дворе возле гаража, вмерзший в лед, засыпанный снегом и забросанный окурками. Никаких бирок на нем не было, ни с ОМП при изъятии, ни с осмотра вещдока. Доводы защиты в этой части оставлены без комментариев со стороны обвинения и суда.

При сличении фотоснимка с ОМП и фактически представленной в качестве вещдока детали, выяснилось, что это похожие, но разные предметы.

На следующий день, в судебном заседании прокурор отказался от обвинения, суд принял отказ и прекратил уголовное дело и уголовное преследование.

В итоге, каждый получил свое, подсудимые – реабилитацию, возмещение расходов и компенсацию морального вреда, защитник гонорар, следователь, через непродолжительное время, очередной чин и повышение в должности.

Но есть еще один результат - неисчислимое число потраченного высокооплачиваемого из бюджета рабочего времени тех должностных лиц, которые с упорством, достойным другого применения попирали  здравый смысл, искусственное создание рабочей нагрузки. Даже стоимость израсходованной бумаги, превышает стоимость той детали, которую якобы хотели похитить.

И где здравый смысл? Почему для должностных лиц оказались недоступными общепринятые представления о реальности, при их высшем юридическом образовании, жизненном и профессиональном опыте? Или у них, на самом деле,  нет ни одного, ни другого, ни третьего?

Ведь при внимательном, добросовестном, профессиональном и непредвзятом отношении к доводам защиты о здравом смысле, не пострадали бы законные права и интересы граждан, были бы соблюдены задачи уголовного судопроизводства в том понимании, которое содержится в законе.

 

Заведующий филиалом ВОКА «Адвокатская контора «Рыбальченко А.В.», адвокат

Рыбальченко Алексей Владиславович